Вот как описывает бои за с.Марагу командир мобильной бронегруппы ОМОНа Н.Байрамов, бывший непосредственным участником данного боя
--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
«С марта по июнь 1992 г. моббронегруппа ОМОНа была прикомандирована к Тер- Теру. Но задачи выполняли почти по всему периметру Карабаха. Из-за бронетехники ко мне обращались многие командиры Агдама, Тер-Тера, и др. районов для участия в их операциях или только огневой поддержке.
После Ходжалы все были на взводе. Но, как многие помнят, никаких серьезных ответных действий с нашей стороны не последовало. Эмоции захлестывали «человека с ружьем». До мая 1992 г. добровольческие отряды, преимущественно сами решали, что делать на участке, который взяли под оборону. По собственному знанию местности они строили оборону. Кроме оборонительных боев, наши отряды иногда наносили упреждающие удары или с целью отброса армянского поста с какой-либо высотки вокруг села, т.к. стрелки не давали людям спокойно набрать воды из сельского булага, проехать и т.п.
В начале апреля ко мне пришли командиры бардинского отряда “Mешя” Алямшах Мамедов и Гасанов Забил, больше известный, как Шаган. Мы уже хорошо знали друг друга ранее. В их отряде было около 200 ч. легковооруженных трудноуправляемых бойцов. Они сказали, что хотят захватить Маргушеван и пленить сколько смогут местных жителей для последующего обмена на ходжалинцев. Пойду ли я с ними? Я не мог самостоятельно принимать такие решения. В вопросах внутренней службы я подчинялся начальнику РОВД района, в котором находился с подразделением по службе. В проведении операций во взаимодействии с силами не МВД, был необходим приказ командира ОМОНа или напрямую, министра внутренних дел. Кроме того, я и сам не был согласен с планом «Мешя». Я знал какие силы имеются в Моргушеване. На ура его не взять было. У «Мешя» не было сил не только для удержания села, но и для захвата. Они сказали, что договариваются еще с «Гуртулушем». «Гуртулуш» был поопытнее отрядом. К тому времени «Гуртулуш» захватил Сейсулан и Капанлы. Но я все равно отказался участвовать, обосновав тем, что они не смогут удержать Маргушеван, а мое командование вряд ли согласиться на это, не усилив обороны Тер- Тера. И так по несколько раз в день из Маргушевана и Чайлы БМП, заезжая в русло пересыхающего Тертера, обстреливали район моста через реку, фермы. С холмов обстреливали с. Джамилли, Сейидимли, Борсунлу и др. Мы отвечали огнем НУРСов и БМП и БТРа. Танковые снаряды были на вес золота. Вечером по телефону я доложил командиру ОМОНа Р. Джавадову обстановку и о состоявшемся с командирами самообороны разговоре. Он согласился с моим решением. Через несколько дней, 10 апреля мне сообщили, что рано утром батальон «Мешя» и «Гуртулуш» атаковали село Маргушеван. Я поднял по тревоге свою бронегруппу и приданный мне 1-й взвод 1-ой роты ОМОНа- комвзвода Эльчин Мамедов и сосредоточился в районе автобазы. Мы были готовы к отражению контрудара армян, если такой последует в результате боя в Маргушеване. Но скоро мне сообщили, что Шаган с частью своего отряда попал в окружении в восточных кварталах села. Я доложил решение по вызволению окруженных Р. Джавадову, получил добро и двинулся к селу.
Мы оставили один танк, как эвакуатор и огневое прикрытие за собой, а на втором( третий танк у нас появится в нач. мая) проехали поближе к селу с северо-запада, со стороны кладбища. Сначала пешком осмотрелись. Село было ухоженное, дороги были асфальтированные, электрические столбы стояли ровно, имелись линии телефонной связи, в окнах домов были видны горшочки с цветами. Бывшая автобусная остановка при въезде в село была переоборудована в укрепточку с бетонным стаканом. За ней, во втором доме, как говорили дом автомаляра Акопа, была другая укрепточка. Село Ленинаван состоит из двух сел- Маргушеван и Марага, переселенных туда из иранской Мараги с 19-го века. Судя по картине боя, Маргушеван сначала был взят под контроль. Шаган пошел дальше, но затем контратакой армяне отрезали восточную часть села и продолжали сжимать кольцо вокруг отрезанного отряда. «Гуртулуш» тем временем, предпринял новую атаку с севера, со стороны Тертерской автобазы сквозь виноградники. В самом селе шли локальные бои. Было понятно, что бой идет в движении.
По склону пригорка, на котором мы залегли, начали подтягиваться бойцы бардинского отряда Эльчина Алиева. У них на ЗИЛе была, как тогда говорили « самоделка Град» 6-линейная, отдаленно напоминавшая «Катюшу». Они начали ее заряжать. Наша задача, к-ю мы себе определили, была, после поражения укрепточек с пригорка, пересечь село, достигнуть восточной части села, ударить по кольцу окружения неожиданно с юга, т.е. с тыла и помочь группе Шагана вырваться в направлении наших. Мы наметили ориентиры, маршрут движения в селе с поправками на вводные, построение и порядок следования – впереди- БМП- 1 Рауфа Ибрагимова, за ним танк, за ним, прикрывая танк с тыла, шел БТР-70 Сабира(фамилию запамятовал); справа, слева, впереди и сзади бронеколонны- бойцы 1-й роты. Колонна тронулась в направлении села. Танк должен был догнать колонну после подавления огневых точек на въезде в село. Мы погрузились в танк и выехали на пригорок. Сразу после поражения укрепточек , наш танк подбили. Снаряд, повредив второй поддерживающий каток, пробил внешние баки горючего. Справа било пламя. При подготовке танка к бою, внешние баки обычно опорожняются или, если спешка, перекрываются и заливаются водой. Мы перекрыли сообщение с внутренним баком, но воды, по-видимому, залили недостаточно. Поэтому баки горели. Механик- водитель танка Вугар Мурсалов, Национальный Герой Азербайджана посмертно, откатил машину назад, мы выскочили, и открепив 2 горящих бака от корпуса, бросили их догорать на земле. Армянский БМП, спешивший на помощь из с. Чайлы и, подбивший нас справа, видимо, решил, что темно-синим пламенем горит наш танк, выехал из лесопосадки и демонстративно ехал по полю. Увидев танк снова на пригорке, он растерялся. Механик стал ехать дергая, чтобы увести машину из под нашего огня. А его наводчик из- за чрезмерно порывистых движений машины не смог прицелиться в нас. Расстояние между нами было 720 метров. От нашего выстрела он увернулся. Видимо, наш прицел немного сбился после попадания. Кроме того, что-то замкнуло, и электропривод башни отказал, башня вращалась только вручную. Сразу после выстрела с места, танк должен менять местоположение, потому что в этот момент в него могут целиться и открыть огонь не только те, в кого он целится, но и другие противотанки. Вугар сделал короткий маневр после выстрела, я вращал башню вручную в направлении цели, как прогремел залп в направлении БМП из шестилинейки «кооперативного Града», стоявшего на вооружении отряда Эльчина Алиева. Снаряды полетели, резко меняя траекторию вправо вверх, влево вниз, какой куда, но один пролетев немного, стал вращаться вертикально вокруг своей оси, как если бы его бросили, как палку и поразил БМП, упав на него плашмя, при всеобщем ликовании наших.
После этого, мы догнали БТР с группой бойцов. Они уже прорвались в село и развернулись для продолжения движения. Танк въехал в село стремительно, задев и сбив памятник пионеру с горном на кругу при въезде. Преодолев легкое сопротивление, мы наткнулись у сельского клуба в центре на неподвижно стоящий при работающим двигателе БМП-1 с корма, пушкой от меня. Я взял его в прицел и запросил по связи Рауфа, не мой ли? Рауф не отвечал. Зная его характер и то, что он мог увидев, что нас подбили двинуть в село без нас, перед тем, как нажать на кнопку пушки, я хотел убедиться, что это не Рауф . Тем более, БМП не успел бы повернуть башню и выстрелить в нас. А именно этой попытки от него я ждал, если БМП вражеский, и не отрывал глаз от окуляра прицела. Мы еще не знали, что Рауфа подбили несколькими минутами раньше на соседней улице, и он, оказавшись без связи, не успел мне сообщить. Отбуксировав вторым танком подбитый БМП, Рауф Ибрагимов и Нияз Гусейнов- экипаж БМП, позже присоединились уже пешими- прикрывали БТР, идущий за танком. Радиоэфир был засорен до невозможности. Минуту, пока я ждал ответа, БМП стоял неподвижно. Затем резко, почти прыжком тронул с места и завернул на перпендикулярную улицу. Развернув пушку, он стал ждать, что мы рванем за ним и он встретит танк встречным огнем. Но я заметил его антенну и стал с места стрелять по забору, за которым он затаился. Понимая, что против танка в этом положении у него шансов нет никаких, БМП скрылся в селе. Мы продолжили движение. По мере углубления в село сопротивление росло, огонь уплотнялся. Стреляли из фрамуг подвалов и крыш домов. По бортам и башне мы получили несколько касательных попаданий из гранатомета. За два квартала до места окружения, мы свернули на продольную улицу. Почти одновременно с нами на ту же улицу с другого конца заехал КАМАЗ с живой силой противника. Они ехали для усиления кольца окружения с севера, а мы двигались на юг, чтобы зайти в тыл окружавшим. Мы встретились лицом к лицу. Водитель КАМАЗа пытался включить заднюю, чтобы выехать с улицы задом. Но не успел. Мы продолжили путь. Трупы раскидало по всей ширине улицы. Проехать, не задавив какой- то из трупов, не получалось. Потом армяне растиражировали фото изуродованного гусеницами трупа, заявляя, что азербайджанский танк наезжал на живых людей. Механик- водитель танка Вугар Мурсалов был из рода сейидов, добрым и благородным парнем и, если б было возможно, никогда бы не переехал через труп, не говоря уже о живом человеке. О том, что ему пришлось это сделать, он сам рассказал мне после боя. Обычно в бою, наводчик видит направление движения, но не дорогу перед самым танком. Бойцы 1-го взвода разблокировали два квартала. Шаган и около 20-ти его бойцов было ранено и 6 погибло. Раненных и трупы положили в БТР и на трансмиссию танка и начали движение обратно. Примерно на середине обратного пути мне сообщили, что армяне с подоспевшими новыми силами атаковали Марагу и «Гуртулуш» ведет с ними неравный бой, рассыпавшись по кварталам. Необходимо было прикрыть им отход из села. Мы выгрузили эвакуированных и завернули вглубь села. Шагана и раненных дальше понесли его бойцы. Никакой определенности где наши, где противник не было. Сквозь смотровые щели я видел справа слева вдоль улицы и изгородей бойцов 1-го взвода и, попадавших навстречу бойцов самообороны, к-е вели по несколько пленных. Целеуказания мне давали наводчик танка Ильхам Юсифов, занимавший в том бою командирское место и ком. взвода Э. Мамедов. Снаряды к пушке танка были на исходе. Я приказал подвезти снаряды, но знал, что дороги от Тер-Тера к Маргушевану уже простреливаются. Под обстрелом по дороге к нам мчалась белая шестерка. Оказалось, что она привезла нам несколько снарядов. Хозяин «Жигулей», житель Барды Ильхам Аллахвердиев с того дня примкнул к нам и воевал вместе с нами добровольцем.
Заправившись подвезенными снарядами, мы вышли к Мараге. Поразив несколько огневых точек, мы прикрыли выход из села «Гуртулуша» и пленных.
К 16.30 перестрелки стали стихать. К 17 часам мы отошли из села и заняли позиции справа и слева от автобазы. Бойцы «Мешя» и «Гуртулуша» захватили в селе и сопроводили в Барду, а затем в Агдам для обмена два автобуса- ЛАЗ и ПАЗ- с женщинами. Было захвачено также много мужчин. В селе попали заложниками в руки армян 8 азербайджанцев из разных районов, проникших в село с целью наживы на трофеях. У «Мешя» было 12 убитых, «Гуртулуша»- 7, ОМОН-один убитый- Валех Муслимов. Он прикрывал отход наших из Мараги и в паре с Этибаром Шириновым, будучи раненными, держали натиск десятка боевиков. Геройски погиб от многочисленных ранений. Валех Муслимов Национальный Герой Азербайджана посмертно».
