Перейти к содержимому


Фотография

Забытые победы 43-го. Годовщина освобождения Славянска

славянск освобождение взятие штурм февраль 1943

  • Авторизуйтесь для ответа в теме
В этой теме нет ответов

#1 Декапольцев

Декапольцев

    Бывалый

  • Пользователи
  • PipPipPip
  • Cообщений: 313

Отправлено 16 Февраль 2020 - 16:39

75 лет назад – 17 января 1943 года – город Славянск был занят войсками Юго-Западного фронта генерала Ватутина в рамках операции «Скачок».
 
Освобождение этого города далось крайне тяжело, после двух недель упорных боёв на ближних подступах к нему. Если наступать с северо-востока, то Славянск находится первым в скоплении городов Донбасса, и по своим природно-географическим условиям хорошо приспособлен для длительной обороны. Годом ранее (весной 1942-го) советские войска так и не смогли его взять в ходе Второй битвы за Харьков, а затем немцы, накопив силы, нанесли из Славянска удар на север, замкнув в так называемом Изюм-Барвенковском «котле» три армии Юго-Западного фронта. 
 
И вот сейчас, в феврале 1943-го, ситуация развивалась не менее драматично.
 
В период с 4 по 6 февраля немецкое  командование перебросило в сектор Славянска все имевшиеся резервы – несколько полицейских батальонов и 7-ю танковую дивизию, а с 6 февраля стало подтягивать в соседние районы Бахмута (Артёмовска) и Константиновки 11-ю танковую дивизию с нижнего течения Северского Донца и 3-ю танковую дивизию из-под Ростова-на-Дону. Этими мерами, противник приостановил здесь дальнейшее  наступление советских войск. 
 
Реакция советского командования на приостановку наступления в районе Славянска 6-го февраля бала достаточно резкой. Так, 7 февраля заместитель Ватутина, генерал Маркиан Попов направил приказ командиру 57-й гвардейской стрелковой дивизии, в котором констатировал: «… Имею данные о невыполнении вами боевого приказа по овладению г. Славянск во взаимодействии с 195-й стрелковой дивизией. Это, прежде всего, объясняется безобразно-преступной бездеятельностью Вашей и Вашего штаба в вопросах организации боя. Вы, ваш штаб и штабы полков отсиживаетесь в хатах, боя непосредственно не организуете и им не руководите, верите на слово своим подчиненным…».
 
В тот же день командующий Юго-Западным фронтом генерал Ватутин приказал 1-й гвардейской армии решительными действиями сломить сопротивление противника и во взаимодействии с танковыми войсками занять Славянск, Константиновку, Бахмут (Артёмовск), в дальнейшем выйти на рубеж р. Орелька (25 км северо-западнее Лозовой) – Славянка – Ново-Троицкое в 15 км юго-западнее Покровска (Красноармейска). В наши дни река Орелька является границей между Харьковской и Днепропетровской областями. 
 
Выполняя эту задачу, войска 1-й гвардейской армии в течение двух дней (8 и 9 февраля) имели незначительное продвижение. Противник, усиленный вновь подошедшими частями, оказывал упорное сопротивление. На славянском и бахмутском направлениях он неоднократно переходил в контратаки при поддержке танков, артиллерии и авиации. В районе Славянска немецкие подразделения непрерывно атаковали советскую 195-ю стрелковую дивизию, сумевшую ранее закрепиться на северо-восточной окраине города. Одновременно из Горловки в Бахмут и Константиновку противник перебрасывал большое количество танков, сюда же подтягивались и его пехотные части. Шла разгрузка прибывших немецких эшелонов в районах между Барвенково и Лозовой, а также в Покровске.
 
Несколько лучше развивались события у соседних подразделений, не заигранных в штурме Славянска. 35-я гвардейская стрелковая дивизия после взятия Рубежного, взаимодействуя с левофланговыми соединениями самой северной – 6-й армии, обошла сильно укрепленный район Славянска с севера и перерезала шоссейную дорогу, идущую от Харькова через Изюм на Славянск. Левофланговые части 35-й гвардейской стрелковой дивизии к 1:00 ночи завязали бои за Александровку южнее Барвенково, наткнувшись на упорное сопротивление немецкой 333-й пехотной дивизии. Развивая успех, части 35-й гвардейской стрелковой дивизии в 22 часа 5-го февраля завязали уличные бои в Барвенково, и к утру 6 февраля освободили этот город.
 
Действуя в центре оперативного построения 1-й гвардейской армии, 41-я гвардейская стрелковая дивизия во взаимодействии с частями 18-го танкового корпуса вышла к Северскому Донцу и завязала бои на северной окраине Лисичанска. Учитывая возможность скорого сжатия кольца окружения вокруг Лисичанска, большая часть группировки противника, ориентируясь в условиях снежной бури по компасу, покинула Лисичанск, но арьергард лисичанского гарнизона оборонялся в городе ещё три дня, и только 6 февраля завершилось его освобождение. 
 
Что касается более влиятельного ныне «соседа» - Северодонецка, в настоящее время – областного центра Луганской области, то его тогда ещё и не было. До 1950 года это был зэковский (рабочий, конечно) посёлок городского типа «Лисхимстрой» (Лисичанское химическое строительство).
 
На левом фланге армии, 6-й гвардейский стрелковый корпус захватил переправы через Северский Донец и создал плацдарм на его правом берегу.
 
Однако, после взятия Лисичанска,  дальше в направлении Бахмута советские войска продвинуться не смогли. На рубеже 10 км южнее линии Лисичанск – Дружковка (10 км южнее Краматорска) – Покровск (тогда ещё Красноармейск), противник сумел подготовить сильный оборонительный рубеж, на котором подразделения 11-й, 3-й и 7-й немецких танковых дивизий оказывали крайне сильное сопротивление, применяя в ходе контратак до 50–60 танков, поддержанных ударами бомбардировочной авиации, и стремились во что бы то ни стало задержать дальнейшее продвижение советских войск на юг (к Донецку и Мариуполю).
 
7 февраля командующий танковыми войсками фронта генерал Маркиан Попов доложил командующему фронтом генералу Ватутину, что перед ним действует 160–180 танков противника и мотополки четырех танковых дивизий, тогда как в советской группировке оставалось 140 танков, наступавших в полосе шириной 70 км. Генерал Попов просил дать ему время, чтобы произвести необходимую перегруппировку сил и возобновить операцию 10 февраля.
 
Однако Ватутин потребовал от Попова ускорить продвижение танковых частей. Он приказал силами 3-го и 4-го гвардейского танковых корпусов к утру 8 февраля разгромить противника в районах Славянска и Константиновки и вместе с частями 1-й гвардейской армии овладеть этими городами. К исходу 8 февраля требовалось освободить Покровск и в дальнейшем наступать на юг, обходя Донецк с запада. Ватутин подчеркнул, что с занятием Покровска и Донецка перехватываются все железнодорожные коммуникации противника и достигается его оперативное окружение. Части 18-го и 10-го танковых корпусов должны были, наступая на юг, к утру 9 февраля сломить сопротивление противника и занять г. Бахмут.
 
Юго-восточнее Краматорска гремели тяжёлые бои: в районе Дружковки противник, продолжая своё контрнаступление, оттеснил 4-й гвардейский и части 3-го танкового корпуса обратно к Краматорску. Однако к этому времени в Краматорск вошли основные силы 3-го танкового корпуса с пехотой в виде 7-й отдельной лыжно-стрелковой бригады. Попытки противника отбить Краматорск силами танковой дивизии провалились. На бахмутском направлении части двух танковых дивизий противника были отброшены на расстояние до 20 км от Краматорска. Бои проходили в условиях полного господства авиации противника в воздухе; советская авиация, несмотря на настойчивые вызовы, к месту значимых боёв в этот день не перебрасывалась. Зенитное прикрытие в нашей армии отсутствовало по определению, как биологический вид.
 
8-9 февраля противник неоднократно переходил в контратаки на славянском и бахмутском направлениях. Атаки танков и пехоты противника на Краматорск осуществлялись сначала с юга силами 11-й танковой дивизии, а затем — с севера и востока силами 7-й и 3-й танковых дивизий. Советские подразделения вынуждены были отойти в южную часть Краматорска. Но в это время к Краматорску подошла еще одна танковая бригада 4-го гвардейского танкового корпуса, получившая новые танки. Попытка противника окружить и уничтожить советские части в Краматорске была сорвана. Завязались тяжёлые бои в районе Красногорки, Соцгорода, НКМЗ, Шабельковки, Ясной Поляны, Меловой горы (Карачун). Авиация Юго-Западного фронта в эти дни, частично поддерживая наземные бои в Северном Донбассе, совершила налёт на аэродром противника в Донецке. До конца февраля не прекращались попытки немцев отбить Краматорск, захваченный и удерживаемый советскими частями с 4-го февраля.
 
6 февраля танковые войска Юго-Западного фронта снова попытались нанести новый удар в направлении Донецка, на этот раз — из района Краматорска. Силами группы из 4-го гвардейского и 3-го танковых корпусов противник был отброшен в направлении Дружковки на расстояние до 10 км. Передовые отряды наступающих завязали бои в районе Дружковки – Кондратьевки - Константиновки. Авангард 3-го танкового корпуса занял Кондратьевку, однако под давлением танковой дивизии противника, перешедшей в наступление из Константиновки, начал отход к Дружковке. В районе Славянска и восточнее наблюдались встречные атаки 4-го гвардейского стрелкового корпуса с советской, и двух танковых дивизий (35 танков) — с немецкой стороны. Окружённые в Славянске подразделения противника безуспешно пытались сбросить пехоту 1-й гвардейской армии в Северский Донец. 
 
В районе Бахмута с 6 по 10 февраля 10-й танковый корпус вел бои с двумя немецкими танковыми дивизиями, разграничительная линия между которыми проходила примерно посередине между железными дорогами на г.Бахмут и Краматорск, через Рай-Александровку и Часов Яр. Решительный результат в тех боях не был достигнут ни одной из сторон. Подтянутым из района Ростова танковым дивизиям немцев удалось лишь сдержать советское наступление в направлении г.Бахмута. В связи с подготовкой наступления из Краматорска в донецком направлении и концентрацией сил для наступления в новом районе, командующий Юго-Западным фронтом генерал Ватутин принял решение отступить от станции Соль в районе Бахмута к Фёдоровке, так как дальнейшее пребывание здесь частей 10-го танкового корпуса могло привести к катастрофическим потерям в последнем. Разбитая в боях за станцию Соль 178-я танковая бригада этого корпуса выводилась из боя и передавала оставшиеся на ходу танки в 183-ю танковую бригаду. Корпус было решено убрать от Бахмута и рокировать на правый фланг наступления. При этом генерала Ватутина не смущало отступление 10-го танкового корпуса из-под Бахмута на подступы к Краматорску, в силу отсутствия у противника линии обороны между Барвенково и Дружковкой. Успешные действия северной 6-й армии, три дивизии которой уже перешли Северский Донец в районе Андреевки, способствовали манёвренным действиям танкистов, и давали надежду на выход из позиционного тупика в полосе 1-й гвардейской армии в районе Славянска.
 
9 февраля с новой силой возобновились атаки пехоты 1-й гвардейской армии на Славянск, удерживаемый противником. На Краматорск (занятый советскими войсками), напротив, посыпались атаки немецких двух немецких танковых дивизий с северо-запада и юго-востока с целью соединения славянской и константиновско-дружковской группировок противника, и деблокирования Славянска. Но ни одно из этих двух мероприятий к ощутимому успеху не привело. Куда более результативными были атаки немецкой танковой дивизии в краматорском направлении из района Бахмута, но закончить данную операцию противнику не удалось. Части советской 44-й гвардейской стрелковой дивизии сбили противника с позиций в районе юго-западнее Лисичанска, и фронт сместился на 10 км к югу от этого города. Части 41-й гвардейской стрелковой дивизии и 18-го танкового корпуса перебрасывались из района Лисичанска в направлении Славянска. А вот противник в этот день осуществил роковую для себя перегруппировку. Дивизия СС «Викинг», удерживающая позиции в районе Сергеевки западнее Краматорска, передавала их армейской 333-й пехотной дивизии, а сама выдвигалась в район южнее Покровска.
 
Впоследствии, командующий группой немецких армий «Юг» фельдмаршал Манштейн в мемуарах признает, что ошибочно посчитал заснеженные балки системы рек Самара и Казённый Торец в треугольнике Барвенково — Краматорск — Покровск непреодолимым препятствием для советских танков и мотопехоты. Фактически, им было допущено оголение южного фланга немецкой 333-й пехотной дивизии, основные силы которой держали оборону юго-восточнее Лозовой. Точнее, фланг и без того растянутой дивизии был дополнительно удлинён на 20-25 км, и надёжного прикрытия от танковой группы Юго-Западного фронта у противника в районе Краматорска не было, если не считать природных преград. Этим обстоятельством не замедлили воспользоваться командующий фронтом генерал Ватутин и его заместитель (начальник танковых войск фронта) генерал Попов, направив поредевший в боях за Кременную-Краматорск 4-й гвардейский танковый корпус в Покровск. К вечеру 10 февраля танковые войска начали переправляться через реку Казённый Торец между Краматорском и Красноторкой для броска на Покровск в тыл противника.
 
Тем временем, кризис в полосе немецкой 333-й пехотной дивизии продолжал обостряться. Наступавшая на правом фланге армии 35-я гвардейская стрелковая дивизия, взаимодействуя с соединениями соседней 6-й армии, успешно продвигалась вперед и приближалась к городу и крупному железнодорожному узлу Лозовая. Ее передовой отряд под командованием капитана В. Евлашева взорвал железнодорожные линии, идущие из Лозовой на Славянск, Павлоград, Красноград и Харьков. В результате этого были отрезаны все пути отхода противнику по железной дороге. 10 февраля части дивизии ворвались на северную окраину города. Блокированный гарнизон противника, несмотря на упорную оборону, был вынужден сдать Лозовую. 11 февраля город Лозовая уже полностью был очищен от немецких войк, связь между харьковской и донбасской группировками противника оказалась нарушенной. 
 
К полудню 12 февраля 35-я гвардейская стрелковая дивизия вела наступательные действия в районе Александровки, основные силы 4-го гвардейского стрелкового корпуса действовали на славянском, а 6-го гвардейского стрелкового корпуса — на бахмутском направлении.
 
13 февраля в район Славянска немецкое командование дополнительно перебросило из-под Краматорска до полка пехоты с 30 танками, которые при поддержке авиации провели сильную контратаку. Они нанесли удар по частям подошедшей сюда из Лисичанска 41-й гвардейской стрелковой дивизии. Наступление советских войск на левом фланге армии – в направлении Бахмута – развития не получило. Противник сильно укрепился на занимаемых позициях, и части 6-го гвардейского стрелкового корпуса не смогли сломить его сопротивление.
 
В итоге пятнадцатидневного наступления, 1-я гвардейская армия растянулась с запада на восток по линии Лозовая – Барвенково – Славянск – Крымское фронтом на запад, юго-запад и юг. Во всей этой полосе действовало всего десять стрелковых дивизий, к тому же ослабленного состава. Не хватало артиллерии. А между тем противник подтянул в районы Славянска, Константиновки, Бахмута значительные силы. В такой обстановке командующий армией решил сосредоточить большую часть сил на ее правом фланге, где наступление развивалось более успешно. С этой целью была произведена частичная перегруппировка войск. В течение 15 и 16 февраля, 41-я гвардейская и 244-я стрелковые дивизии направлялись в обход Славянска с севера в районы Барвенково и Лозовой. Они должны были развить успех 35-й гвардейской стрелковой дивизии, наступавшей в направлении Павлограда. Тогда же началась подготовка к штурму Славянска. Дополнительно в этот район перебрасывалась 38-я гвардейская стрелковая дивизия, которой предстояло вместе с действовавшими там 195-й и 57-й гвардейской стрелковыми дивизиями, а также танковыми частями фронта выбить противника из Славянска.
 
Однако финальный штурм Славянска так и не состоялся. На фоне того, что накануне (16 февраля) войсками соседнего Воронежского фронта был взят Харьков, немецкое командование приняло решение прекратить сопротивление (в том числе и в Славянске) и отвести войска на запад для подготовки масштабного контрнаступления. Выполняя этот приказ, оборонявшаяся в Славянске немецкая 7-я танковая дивизия оставила город ночью и сосредоточилась в 15 км восточнее Покровска. Для советской армейской разведки эта передислокация осталась незамеченной.
 
Подразделения 1-й гвардейской армии утром 17 февраля вошли в Славянск, накануне оставленный противником. 183-я танковая бригада продолжала отражать контратаки группы 333-й пехотной дивизии противника в районе Доброполья, а 11-я и 186-я танковые бригады 10-го танкового корпуса заняли позиции в районе Степановки и Красноармейского рудника. Завершая отход из Славянска, 7-я танковая дивизия вермахта контратаковала 3-й танковый корпус в Краматорске.
 
17 февраля командующий 1-й гвардейской армией получил директиву от командующего фронтом генерала Ватутина, в которой приказывалось частью сил 57-й гвардейской стрелковой дивизии прочно закрепиться в Славянске, а главными силами этой дивизии с утра 18 февраля перейти в наступление в направлении Константиновка – Бахмут. 6-й гвардейский стрелковый корпус в составе 58-й, 44-й гвардейских и 195-й стрелковых дивизий со средствами усиления должен был сдать свой участок частям, оборонявшимся на левом фланге армии, а затем, следуя по маршруту Славянск – Барвенково – Лозовая, к 1 марта выйти в район Петриковки (40 км западнее Новомосковска). Теперь задача 1-й гвардейской армии заключалась в наступлении главными силами в общем направлении на Синельниково и в выходе к 18 февраля на рубеж Новомосковск – Павлоград в готовности развивать удар на Запорожье. Танковым войскам фронта предстояло действовать в двух направлениях – на Донецк и на станцию Волноваха, а в последующем на Мариуполь.
 
38-я гвардейская стрелковая дивизия сменила 18-й танковый корпус в районе Славянска, а 195-я стрелковая дивизия сменила 3-й танковый корпус в Краматорске: оба танковых корпуса сдавали свои позиции пехотным частям и отправлялись на запад – в Покровск (Красноармейск). Также на запад выдвигались 44-я и 57-я гвардейские стрелковые дивизии, сдавая позиции между Славянском и Лисичанском соседней 3-й гвардейской армии генерала Лелюшенко, взявшим ранее (14 февраля) город Луганск – её полоса наступления теперь расширялась за счёт этих районов.
 
Расширение полосы наступления 3-й гвардейской армии, а также переброска пехоты 1-й гвардейской армии в полосу наступления северной 6-й армии обусловили прекращение продвижения на юг вглубь Донбасса – теперь приоритетным направлением был запад – к реке Днепр в районе Запорожья. Тем временем, противник практически закончил перегруппировку и подготовился к переходу в контрнаступление, задействовав для последнего все подразделения, отступившие, но не утратившие боеспособность, а также резервы, прибывшие из Западной Европы. Войскам 6-й и 1-й гвардейской армий, и особенно танкистам Юго-Западного фронта предстояли суровые испытания…
 
Как мы увидим далее, в результате последовавшего немецкого контрнаступления, Славянск и другие города Донбасса будут вскоре оставлены советскими войсками. Поэтому дату 17 февраля в Славянске не отмечают, как будто и не было этого всего. Отмечают только 6 сентября 1943 года, когда Славянск был освобождён повторно (и тоже – вскоре после повторного освобождения Харькова: эти два города связаны в военном отношении).
 
Между тем, именно 17 февраля 1943 года материализовались мысли жителей Славянска о том, что «скоро придут наши». А сейчас, многие из них празднуют 6-е сентября с пониманием, что «Наши не придут», как сказано в одноименном стихотворении Андрея Шагина:
 
«… Не встанет Политрук, не ткнёт наганом в небо,
Труба не призовёт на подвиг и на труд.
Раз отдали себя комфорту на потребу – 
Тогда пора понять, что наши не придут…»
 
Интерактивная карта боевых действий:
 

Мой канал Дзен https://zen.yandex.r...e079d5083ec6e62





Темы с аналогичными тегами: славянск, освобождение, взятие, штурм, февраль, 1943

Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 анонимных

Яндекс.Метрика