Перейти к содержимому


Фотография

Та весна: Юбилей завершения Крымской наступательной операции

херсонес крым севастополь 1944 освобождение взятие штурм толбухин

  • Авторизуйтесь для ответа в теме
В этой теме нет ответов

#1 Декапольцев

Декапольцев

    Бывалый

  • Пользователи
  • PipPipPip
  • Cообщений: 202

Отправлено 12 Май 2019 - 00:54

75 лет назад – 12-го мая 1944 года – с результатом «военная победа» завершилась Крымская наступательная операция войск Четвёртого Украинского фронта под командованием генерала Толбухина. В этот день сложили оружие остатки немецких частей, скопившиеся на мысе Херсонес, и потерявшие всякие шансы на выживание.
Это не тот, популярный среди туристов, музей-заповедник «Херсонес Таврический» (в конце улицы Древней, между бухтами Песчаной и Карантинной), ранее изображённый на обороте 1-гривневой купюры, а после Евромайдана – на новых 200-рублёвых банкнотах РФ. Нет, описанные ниже события происходили в другом месте – примерно в 10-ти километрах юго-западнее. Мыс Херсонес – крайняя западная точка Гераклейского полуострова и административной территории Севастополя. До войны здесь находился маяк высотой 36 метров (на котором, кстати, проводил свои первые опыты изобретатель радио – инженер Попов), а также 35-я батарея береговой обороны, основу которой составили вкопанные в землю две башни, снятые с линкора «Полтава», в каждой – по два орудия калибром 305-мм. В ходе битвы за Севастополь летом 1942 года (где стороны выступали в прямо противоположных ролях, относительно описанных ниже событий), 35-я батарея была полностью разрушена, и сейчас на её месте создан мемориальный комплекс. Маяк же был разрушен частично, и в начале 50-х годов полностью восстановлен. Рядом с маяком, в послевоенные годы, на закрытой территории, располагалась военная авиабаза и радиолокационная станция «Днепр», входившая в радиотехнический узел системы предупреждения о ракетном нападении «Николаев». Станция, носившая позывной «Карнавал», контролировала западное и южное направление. После того, как СССР «развалился», сооружения станции использовались Вооруженными силами Украины для телеметрии космических объектов в интересах Национального космического агентства Украины. После Евромайдана это – заброшенная и открытая для свободного посещения территория, заваленная мусором, обломками и развороченными сооружениями. Тут же – гранитный крест с надписью: «Вечная память Героям обороны Севастополя, оставленным на произвол судьбы в трагические дни июля 1942 г. Простите нас…». Если бы у той стороны была такая возможность, то здесь появился бы ещё один, аналогичный памятник, только вместо «1942» стояло бы «1944».
Итак, Крымская наступательная операция была начата 8-го апреля 1944 года, штурмом немецких оборонительных рубежей на северном входе в Крым (со стороны нынешней Херсонской области). В течение трёх дней войска Четвёртого Украинского фронта прорвали эти рубежи и вынудили противника начать отход из всех районов Крыма в одну точку – в Севастополь, скапливаясь для дальнейшей эвакуации морским транспортом в Румынию. Однако немецкий Верховный Главнокомандующий Адольф Гитлер, достаточно неожиданно для всех, с 24-го апреля распорядился прекратить эвакуацию, и оборонять Севастополь «до последнего человека».
Спустя неделю после начала операции, к 16-му апреля советские войска с боями подошли к Севастополю, очистив от противника весь остальной Крым. Попытка с ходу взять этот город не удалась, и советское командование взяло оперативную паузу длительностью три недели, для подготовки к полноценному штурму, накопления достаточного объёма боеприпасов, и тщательной разведки системы обороны противника.
Штурм Севастополя начался 5-го мая, продолжался 5 дней, и завершился взятием города к вечеру 9-го мая 1944 года. Остатки крымской группировки противника, покинув Севастополь, отступили на мыс Херсонес, за так называемый рубеж прикрытия эвакуации Севастопольского укрепленного района. Этот рубеж проходил по земляному валу и отсекал мыс Херсонес от города Севастополя, состоял из противотанкового рва, проходившего от бухты Стрелецкой до стыка вала с Приморским шоссе. Перед валом и противотанковым рвом — сплошная траншея с ходами сообщения и блиндажами, заранее подготовленные площадки для артиллерии и минометов. Проходы через вал заминированы, сам вал для танков непроходим. Попытка передовых частей Приморской армии и 19-го танкового корпуса прорвать этот рубеж с ходу, выйдя на него к 20–22 часам (9-го мая), успеха не имела.
Точно так же завершились неудачей и неоднократные попытки прорвать этот рубеж в течение следующего дня (10 мая). По советским танкам, появлявшимся в проходах вала, противник сразу открывал мощный огонь из всех видов артиллерии. По приказу командующего Приморской армией, 19-й танковый корпус прекратил атаки и вернулся в исходное положение. 
Ввиду упорного сопротивления противника, командующий Четвёртым Украинским фронтом генерал Толбухин принял решение приостановить боевые действия и использовать день 11-е мая для тщательной подготовки финального наступления, которое сначала было назначено на 13:30 следующего дня (т.е. 12 мая). Однако, как мы увидим далее, это время стало моментом окончания штурма, а не его начала (как задумывал Толбухин).
Дело в том, что Адольф Гитлер под действием обстоятельств был вынужден пересмотреть своё решение, и с 9-го мая разрешить эвакуацию немецких войск из Крыма, для чего к Севастополю выдвинулись все, способные держаться на воде, транспортные и грузовые суда (в том числе находившиеся в мелком ремонте). Однако было уже поздно: советская авиация, полевая артиллерия и Черноморский флот взяли под плотный огневой контроль всю прибрежную зону, препятствуя как подходу кораблей к причалам для погрузки, так и их отправлению из Крыма. Отдельные группы немецких солдат и офицеров на лодках, плотах, бочках и других подсобных плавучих средствах пытались, под непрерывным обстрелом, добраться до своих кораблей, продолжавших активно маневрировать в море и не рисковавших из-за сильного заградительного огня подходить близко к берегу. Наиболее критическая ситуация сложилась на участке немецкой 111-й пехотной дивизии: ни один из стоящих на рейде транспортов не нашел в темноте и дыму путь к сектору берега, куда отошли остатки этой дивизии.
В ночь на 10-е мая, недалеко от мыса Херсонес, состоялось два события, вошедшие в рейтинг крупнейших морских катастроф в истории: утопление советской авиацией переполненных теплоходов «Тотилла» и «Тейя», в обоих случаях погибло несколько тысяч немецких солдат. Интересно, что история этих двух кораблей похожа на современную с «Мистралями» (пусть и ещё не утопленными): их строительство было заказано Советским Союзом в Венгрии в 1941 году, и к началу войны эти корабли были почти построены и носили имена «Севастополь» и «Симферополь» (а два мистраля, если не ошибаюсь, были: «Севастополь» и «Владивосток»). В связи с началом войны, Венгрия отказалась передавать эти суда Советскому Союзу, и ими пользовалась Германия, дав кораблям имена в честь малоизвестных полководцев каменного века. Как видим, пользовалась недолго. Ситуацию усугубляло то, что немцы продолжали доставлять в Крым боеприпасы, но разгружать их было некому и некогда: корабли принимали в Севастополе пехоту прямо сверху на ящики со снарядами, поэтому неудивительно, что они взрывались и тонули очень быстро.
Также в ночь на 10-е мая, советской подводной лодкой был торпедирован и повреждён крупнейший из той группы кораблей – танкер «Фридерике»: предполагалось, что он возьмёт на борт 10 тыс. человек, но ему пришлось вернуться обратно в румынский порт Констанца, а в Севастополе получили радиограмму: «количество посадочных мест уменьшено на 10 тысяч».
Руководитель немецкой группировки в Крыму, командующий 17-й армией генерал Альмендингер и его штаб, эвакуировались на торпедном катере в полночь на 10-е мая, повторив поступок адмирала Октябрьского (командующего Черноморским флотом) и генерала Петрова (командовавшего Приморской армией): они тоже в своё время, летом 1942 года, «успешно» эвакуировались из Севастополя, бросив свои обречённые войска погибать на мысе Херсонес.
Вместе с генералом Альмендингером почему-то отплыло и руководство 49-го горнострелкового корпуса (хотя формально именно им Альмендингер передал командование вместо себя). Остатки немецкой группировки на мысе Херсонес возглавил командир 73-й пехотной дивизии, генерал Беме. Уже утром 12 мая над мысом Херсонес появились два немецких транспортных самолета, чтобы забрать оставшихся генералов и старших офицеров. Но они были уничтожены в воздухе советской авиацией.
Очевидно, что в таких условиях, о дальнейшем удержании рубежа обороны не могло быть и речи. Тем временем, советские войска завершали подготовку к нанесению финального удара по мысу Херсонес. К 2-м часам ночи на 12-е мая, передовые дивизии заняли исходное положение для наступления. Одновременно с целью доразведки обороны противника в полосе каждой дивизии действовали усиленные разведывательные отряды. Такой отряд из состава 32-й гвардейской стрелковой дивизии в 1:30 ночи захватил пленного, который показал, что немцы получили приказ к 4:00 утра (12-го мая) отойти с занимаемых рубежей к причалам, где будет производиться погрузка живой силы на корабли. А в полосе соседней, 128-й стрелковой дивизии, усиленный батальон в ходе ночной разведки боем, сбил мелкие группы немцев и, не встречая серьезного сопротивления, продвинулся в тактическую зону обороны противника до 500 метров, установив тем самым, что немцы уже начали отвод главных сил с рубежа прикрытия эвакуации.
Руководителем операции было принято решение о немедленном штурме. В 3:00 ночи (на 12-е мая) после короткого артналета по обороне противника, советские войска перешли в наступление. Сбив отдельные группы противника, прикрывавшие отход к причалам его главных сил, пехота и танки устремились к бухтам Камышовая, Казачья и непосредственно на мыс Херсонес. План немецкого командования оторваться от преследования под покровом темноты и до наступления рассвета успеть погрузиться на корабли, был полностью сорван в результате хорошо организованной разведки и своевременного перехода в наступление главных сил Четвёртого Украинского фронта.
В результате ночных боевых действий, советская пехота к рассвету 12 мая полностью овладела рубежом прикрытия эвакуации противника. В 5 часов утра, 19-й танковый корпус нанёс удар вдоль Приморского шоссе в направлении мыса Херсонес. 
Противник упорно сопротивлялся, дважды переходил в контратаки под командованием генерала Грюнера — командира 111-й пехотной дивизии. Отбив эти контратаки, советские танкисты ворвались на аэродром на мысе Херсонес, где были встречены сильным артиллерийским огнем. По заявкам командиров танковых бригад, по району маяка и по самому мысу Херсонес были даны два залпа 21-го «катюшного» полка, и сделан короткий артиллерийский налет силами нескольких гаубичных полков, в сочетании с массированным авиаударом по этому району, и артиллерия противника замолчала.
Наспех сколачивая боевые группы в несколько сот человек каждая, немецкое командование непрерывно бросало их в контратаки. Однако эти группы быстро уничтожались стремительно продвигавшимися вперед советской пехотой и танками, которые прижали противника к обрывистым берегам мыса Херсонес. С наступлением рассвета 12-го мая, вся артиллерия фронта была установлена на открытые позиции, и начала в упор расстреливать живую силу противника, сотнями вагонов отпуская снаряды прямо в толпу. Дело в том, что после окончания этой операции, Четвёртый Украинский фронт подлежал расформированию, а в армии боеприпасы обратно на склад не принимают.
Позднее, взятый в плен немецкий офицер так рассказывал о последних днях германской группировки в Крыму: «Немецкие войска в Крыму получили приказ Гитлера любой ценой удержать Севастополь в своих руках. К нам непрерывно поступало пополнение. Однако русские прорвали оборону и заняли Севастополь. Тогда командование отдало явно запоздалый приказ — удерживать мощные позиции на Херсонесе, а тем временем попытаться эвакуировать остатки разбитых войск из Крыма. На нашем участке скопилось до 30 000 солдат. Из них едва ли удалось вывезти более одной тысячи. Десятого мая я видел, как в бухту Камышовая вошли четыре судна, но вышли оттуда только два. Два других транспорта были потоплены русской авиацией. С тех пор я больше никаких кораблей не видел. Между тем положение становилось все более критическим… солдаты были уже деморализованы. Все бежали к морю в надежде, что, может быть, в последнюю минуту появятся какие-либо суда… Все перемешалось, и кругом царил хаос…».
К 12:00 часам дня (12-го мая) последние очаги сопротивления противника на мысе Херсонес были подавлены. Немцы, видя безнадежность сопротивления, начали большими группами сдаваться в плен. Всего в районе мыса Херсонес было «принято» свыше 21 тыс. солдат и офицеров противника, в том числе более 100 старших офицеров. На поле боя был обнаружен труп командира немецкой 336-й пехотной дивизии. Всего за время Крымской наступательной операции (между 8 апреля и 13 мая) в плен было взято 61 587 военнослужащих противника, в том числе более 700 офицеров и 3 генерала (включая и.о. командующего крымской группировкой, командира 5-го армейского корпуса и 73-й пехотной дивизии генерал-лейтенанта Беме и командира 111-й пехотной дивизии генерал-майора Грюнера).
Четвёртый Украинский фронт, после этой операции оказавшийся в стратегическом «тупике», до конца мая был расформирован (ликвидирован как юридическое лицо). Из трёх его общевойсковых армий, две (2-я гвардейская и 51-я) были переданы в состав Первого Прибалтийского фронта, а Приморская армия так и оставалась в Крыму до конца войны, охраняя побережье. Командующий фронтом генерал Толбухин перешёл на аналогичную должность – возглавил соседний Третий Украинский фронт, в сентябре того же года получил погоны маршала, а через 5 лет (в 1949 году) умер от сахарного диабета.
Когда говорят о героическом военном прошлом Крыма, то обычно имеют в виду оборонительные сражения 1942 года, в честь которых сразу два города получили почётное звание «Город-Герой» – Керчь и Севастополь (уникальный случай: находящиеся в одной области и при этом не являющихся областными центрами). Тогда как описанная выше наступательная операция 1944 года, одна из наиболее эффективных в истории (потери наступающих в пять раз меньше, чем оборонявшихся) оказалась несколько в тени. Один из главных памятников, посвящённых именно ей – это мемориальный комплекс на Сапун-горе, включая диораму «Штурм Сапун-горы» - крупнейшее в мире художественное полотно, картина размером в 23 метра, с человеческими фигурами в натуральную величину.
 
 
«… Солнце встаёт над Сапун-горою,
На маках и травах роса;
Песню поём мы погибшим героям,
И песня летит в небеса.
 
… Солнце восходит над славной горою,
Где маки цветут в зеленях,
И кажется мне: это капельки крови
Героев, погибших в боях…»
 
Интерактивная карта боевых действий:
 

Трагедия Великой Отечественной войны не должна повториться, и для этого необходимо создать все условия. Об этом российский лидер заявил сегодня, 11 декабря 2019, на заседании организационного комитета «Победа».
 
«Мы должны сделать всё для того, чтобы были созданы условия, которые не позволили бы ничего в будущем повторить подобного. А для этого… прежде всего, нужно продвигать правду о тех трагических событиях, о которых мы сегодня говорим», — сказал глава государства.





Темы с аналогичными тегами: херсонес, крым, севастополь, 1944, освобождение, взятие, штурм, толбухин

Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 анонимных

Яндекс.Метрика